воскресенье, 16 августа 2009 г.

Видимое и всё-таки невидимое

Как я уже писал, форум GQ ожидает новая реорганизация, и сохранность архивов под большим сомнением. Так что я продолжаю “перепечатывать” свои переводы статей Майкла Алдена, ранее “напечатанные” на упомянутом форуме.

Сегодня очень важная (на мой взгляд) статья, пытающаяся дать “простое, выразительное” определение понятия “элегантность”. Затем расшифровывающая это определение... и окончательно запутывающая читателя. ;-) Со своей стороны к написанному ниже могу добавить лишь скромное “+1”.

Англоязычный вариант статьи можно прочитать на форуме London Lounge.


Видимое и всё-таки невидимое

Как-то раз мне довелось побывать в гостях у одного портного из небольшой деревеньки, затерянной в холмах Сицилии. Хозяин дома, окруженный клубами пара, утюжил пиджак; чуть в стороне его жена терпеливо обметывала пуговичные петли другого пиджака. Общий вид маленького ателье, висящие там рисунки и рекламные плакаты красноречиво свидетельствовали о том, что много поколений этой семьи также терпеливо и неспешно шили одежду, работая руками, без помощи машин (ведь в то время другой альтернативы просто не существовало). Пиджак, над которым трудился портной, отличался чистыми линиями, прямыми лацканами и низко сидящими карманами, типичными для сицилийской портновской школы.

“Я крою и шью, моя жена занимается окончательной отделкой”, объяснил мне хозяин. Я присел на скамеечку рядом с дамой и принялся смотреть, как легко и ловко ее руки порхают над пиджаком. Думаю, многие из нас были бы не прочь иметь в своем гардеробе одежду, сшитую этими руками! “Прекрасные петли!”, воскликнул я, “но почему Вы выбрали такую контрастную нить?” (Темная нить сильно выделялась на фоне зеленой ткани.) “Затем, чтобы эти петли, а значит и мою работу, смогли заметить и оценить по достоинству”, последовал ответ.

Итальянские портные часто используют яркий контраст там, где их английские коллеги обходятся более мягким переходом цветов. “Петли и в самом деле хороши, но если бы Вы выбрали нить другого цвета”, попробовал объяснить я, “ее тоже можно было бы заметить, но она не бросалась бы в глаза столь явно, с таким резким контрастом.” Слышавший нашу беседу муж отложил утюг и подошел поближе. “Вы имеете в виду, что петли были бы видимы, и всё-таки оставались невидимы?” В такие моменты в фильмах Висконти звучит раскат грома, а небеса разражаются проливным дождем. Окажись на нашем месте Дирк Богарт, он пробормотал бы вполголоса: “видимы и всё-таки невидимы, да, вот именно!”, и, шатаясь, вышел бы из комнаты.

В этот день сицилийский портной создал не только новый пиджак; он создал еще и простое, выразительное определение элегантности.

Я сразу же вспомнил о Блейке, Сведенборге, Бёме, Бодлере, Бальзаке, Йейтсе, Дилане Томасе, Малькольме Лаури – всех тех, кто писал о присутствии и соответствии, настоящих и соотносящихся мирах.

Природа – дивный храм, где ряд живых колонн
О чём-то шепчет нам невнятными словами,
Лес тёмный символов знакомыми очами
На проходящего глядит со всех сторон.

Как людных городов созвучные раскаты
Сливаются вдали в один неясный гром,
Так в единении находятся живом
Все тоны на земле, цветы и ароматы.

Из сонета “Соответствия”
Шарля Бодлера, в переводе Константина Бальмонта

Все эти мыслители упоминали о моменте просветления, позволяющем увидеть что-то, принадлежащее идеальному, параллельному миру. Немецкий мистик Бём писал: “тот, кто найдет это, найдет все и ничто… так как это глубже, чем что-либо, и не похоже на что-либо, и неподвластно пониманию; и так как оно ничто, то свободно от всего.” Найдя это, не найдешь ничего. Увидев это, не увидишь ничего: видимое и всё-таки невидимое.

Иногда нам трудно подобрать слова для описания чего-то по-настоящему элегантного. Хорошо подобранная комбинация “цветов и тонов” действует волшебным образом. Поиск таких цветов и тонов – один из побудительных факторов для тех, кого Бальзак, подобно себе, называл “элегантологами”.

Но это не лекция о Платоне, христианских мистиках, поэзии символизма или побочных эффектах пристрастия к курению опиума. Это статья об элегантности. В следующий раз, оказавшись перед зеркалом, спросите себя – можно ли назвать тот эффект, что Вы стараетесь достичь, “видимым и всё-таки не видимым”?

Почему некоторые цвета, их комбинации и символы обладают таким эффектом? Невролог, вероятно, ответит так: “они вызывают определенную электрическую реакцию некоторого набора нейронов”. Скорее всего, он прав. Но что же всё-таки это такое, когда мы видим что-то, что остается невидимым?

(с) Michael Alden, 2007

2 комментария:

  1. Еще одна прекрасная статья! Переводчик молодец ;) !

    Жаль, что у М. Алдена нет книг. Можно было бы хоть сборник, что ли... Красиво оформленный, с иллюстрациями.

    ОтветитьУдалить
  2. Андрей, спасибо! Эту статью я помню. Как Вы уже догадались из нашего общения, в отношении видимого-невидимого я склоняюсь, пожалуй, немного больше в сторону итальянцев. По мне элегантность не может быть слишком серой и простой. Однако же считаю, что она не должна быть и кричащей. Мне ближе цветовая золотая середина, одновременно с умеренным самовыражением через то что называется "спреззатура". Правда недавно поймал себя на мысли, что рэперская мотня на джинсах и незашнурованные желтые ботинки - это тоже в своем роде спреззатура :) везде нужна умеренность..

    ОтветитьУдалить